Мегрэ посмотрел на Стирнэ и пожал плечами.

— Люка на месте? — осведомился он, сам распахнул дверь и увидел сидевшего за столом инспектора. — Зайди-ка на минутку.

Стирнэ бездумно переводил широко раскрытые глаза с одного инспектора на другого, словно ничто тут лично его не касалось.

— Проведи допрос по форме и внеси ответы в протокол. Дай ему подписать и отправь в предварилку. Лапуэнт, а ты со мной.

Натянув тяжелое черное пальто и обернув шею синим шерстяным шарфом, связанным женой, Мегрэ плотно набил трубку, бросил последний взгляд на убийцу и вышел.

Было еще не очень поздно, но ледяной ветер, обжигавший лицо и пронизывавший сквозь самую теплую одежду, гнал людей с улицы.

Мегрэ и Лапуэнт сели в маленькую черную машину Уголовной полиции.

На улице Фортюни несколько полицейских топтались вокруг распростертого на тротуаре тела, не подпуская к нему любопытных. Прибыли полицейский комиссар округа с врачом. Здесь же был и Фурке.

— Вы знали Оскара Шабю? — спросил он Мегрэ. — Это заметная фигура, владелец фирмы «Вино монахов». Вам, должно быть, попадались грузовики, баржи, железнодорожные цистерны с такой надписью.

Человек, лежавший на тротуаре, был крупен, но мускулист. Он походил на игрока в регби. Склонившийся над ним врач выпрямился и стряхнул прилипший к брюкам снег.

— Скончался через несколько минут после ранения. Вскрытие уточнит.

Мегрэ долго всматривался в неподвижные, очень светло-голубые, почти палево-серые глаза и в лицо с крупными чертами. Челюсть у покойника уже начала отвисать.

Вскоре прикатил грузовичок с сотрудниками научно-технического отдела. Они сразу же стали выгружать свою аппаратуру, как это делают кино— и телеоператоры.

— В прокуратуру сообщили?

— Да, сейчас приедут помощник прокурора и судебный следователь.

Фурке стоял в нескольких шагах от них, похлопывая себя длинными руками по бокам, чтобы согреться.